Объединенный архив форумов UniverClub и StudLife (2006-2010). Поддерживает: Леонид Шевцов.

антиромантика

2672
ыыы ребят не мог удержаться...
тем более мы еще вчера с одним парнем прикалывались на похожую тему...
слабонервным проcьба не читать

итак:

Ночь. Летняя ночь, что может быть лучше? Прохлада опускающаяся на землю после жаркого дня, ласкает тело, прояснеет ум, обостряет чуства.
Лес. Зеленый лес. Над темными кронами деревьев плывут прозрачные облака, затеняя звезды. Мы вдвоем посреди этой красоты - она и я.
Мы сидим обнявшись, я глажу ее волосы, она ноготками легонько царапает пне плечи.
Мы смотрим на звезды, негромко говорим. А зачем громко - вокруг звучит песнь природы. Она тиха, легка, красива... и приятна.
Мы не боимся зверей - мы не так уж и далеко от города, что бы здесь могли наткнуться на кого-то крупнее полевки. Хотя и не близко, мы не слышим их, да и впрочем они нас.
Мы наслаждаемся многвеньями, пока нас никто не видит и не трогает. Телефоны выключены, они лежат вперемешку с давно снятыми вещами. Ведь так свободнее, ведь так чудеснее, ведь так... Ведь так?
Мы ложимся на прямоугольный клочок ткани два на метр. мы смотрим на звезды. Мы называем созвездия. Мы загадываем желания, когда видим очередную жертву, павшую с небосвода. Ее последние многвения жизни дарят нам многвения радости. Так всегда. Так везде.
Мы ловим многвения. Многвения жизни. Больше чем жизни. Мы ловим капли любви. Странного чувства. Страшного чувства. Мы ловим свет звезд своим телом пока не взошла луна и не затмила его. Пока не взошло солнце и не сожгло дотла его хрупкие нити. Мы ловим многвения.
Я целую ее. она отвечает мне тем-же. Жар губ и прохлада ветра. Свет звезд и темень земли. Я повторяю поцелую.
Язык трогает губы, прорываеться сквозь них, проводит по зубам а потом по нёбу. Два многвения не дышать. Одно многвение - вечность, два - секунда. Я отражаю поцелуй.
Руки ласкают тела. Мои - ее, а ее - мои. Плечи, спина, живот, грудь, шея. Круговорот. И наоборот. Тела раскают руки.
Губы спускаються ниже. Они ласкают шею, они ласкают грудь. Я нахожу их, нежно розовые при свете дня и почти незаметные сейчас, ночью. Я ласкаю их языком. Как в детстве. В раннем детстве, но тогда это была другая женщина.
Я опускаюсь ниже. Я целую ребра, мои длинные волосы спускаються вслед за мной, приятно шекоча кожу. Я знаю это. Уже знаю. Я чувствую.
Я целую ямочку внизу живота. Ту самую ямочку что есть у всех с рожления. А потом спускаюсь еще ниже. Я люблю ее бедра. Ее белоснежные ноги. Я люблю ее всю.
Она останавливает меня. Поднимает мою голову, смотрит в глаза. Она садиться. Ее ногти пробегает по моей груди, скользят по прессу и возвращаються.
Она ложиться, увлекая меня за собой. Я целую ее и понимаю. Все понимаю...
Она прогибает спину и пррижимает меня к себе...
Мы меняемся местами. Я становлюсь ей, она становиться мной. Мы меняемся телами меняемся чуствами. Мы меняемся.
Из-за края небосклона появляеться луна...
Полная луна. Огромная и красная. Через несколько многвений она белеет и начинает подниматься на небо, пытаясь добраться до земли, сквозь густую листву.
Один тоненький лучик, скользит по моей спине и я понимаю...кошмар начался.
Я чуствую как во рту шевяляться зубы, увеличиваясь в размерах.
Я чуствую как на шее растет жесткая черная шерсть.
Я чуствую как мои руки начинают укорачиваться, ноги прижиматься а лицо вытягиваться.
Но это происходит медленно. Очень медленно чтобы она что-то заметила.
А мой разум не выдерживает.
Я ласкаю ей шею. Покусывая сначала легонько, потом все сильнее. В ее голосе, кроме удовольствия, чуствуеться боль. В какой-то момент я сжимаю зубы чуть сильнее, и на белоснежной коже появляеться алая капля крови. Я вижу ее. Я слышу ее. Я чуствую ее.
Взгяд затмеваеться. Я опускаю голову ниже и вгрызаюсь в ее замечательную левую грудь. Я чуствую голод.
Она кричит. Удовольстия больше нет. Боль. Одна боль. Чистая пульсирующая боль.
Я кусаю ее. Я ем ее. Я пережевываю ее. По моим губамстекает ее алая кровь. Я слизываю ее. Она солона. А мясо сладко.
На месте ее третьего размера видны ребра. Если бы не кровь они были бы такими же белыми как кожа а может и белее.
Она плачет. А я... А я не могу остановиться. Я люблю ее и убиваю одновременно.
Она отталкивает мое лицо рукой. Но мои зубы остры. Я сжимаю их. потом еще раз. Она отдергивает ставшую трехпалой руку. Потом пытаеться снова.
Я чувствую приближение. Я становлюсь быстрее, ловчее. Я Сжимаю челюсть ей на шее. на тонкой хрупкой шее. Из разорваных артерий мне на морду льеться кровь. Она дергаеться в судорогах. в последних судорогах Я на вершине блаженства. Я поднимаю свою мохнатую голову и вою, вою на предательницу луну.
А потом она прячеться за облаком. Я сажусь и вою. Вою от ужаса. От осознания собственной вины. Я вижу остатки той что любил и вою. я больше не вижу ничего вокруг. я больше ничего не слышу. И вою. Вою. Вою. Воооуюуууу...
Я открыл глаза. Ночь. Глубокая ночь. Ветер шерудит листвой. Я чуствую под головой ноги. Холодные ноги. Всегда холодные и всегда белоснежные. Такая-же холодная рука гладит меня по волосам. Белоснежный диск полной луны скрываля за горизонтом.
- Ты опять кричал - произносит она.
- Опять кошмар - отвечаю я, - Ты и я, сами в лесу, как сейчас.
Она улыбаеться мне, обнажая неправдоподобно длинные клыки. Но настоящие. И безумно острые.
- Что я обычная девушка, а ты...
- Да, - продолжаю я - что я это я. Благодарю что усыпила на самый пик безумства.
- Ну ладно. Сны - это просто сны. Особенно если их нашептываю я. К сожалению это всегда кошмары. Извини меня.
- А я все равно без ума от тебя, - я куснул ее за ухо, все еще звериными резцами. Шерсть на загривке стала дыбом.
Она улыбнулась, снова показав свою нечеловеческую улыбку, обвила меня руками, и поцеловала, играя острым и длинным язычком.
- Мы будем здесь пока не взойдет солнце, - произнесла она и прижалась ко мне всем телом...

PSхм когда начинал писать даже не думал что так прикольно получиться...

добавлено через 19 часов 41 минуту
Ребят ответьте пожалуйста че-нибудь... пусть даже кг/ам - мне просто интересно ваше мнение. сюда ли, в личку ли - все одно - просто хотелосьб бы услышать ваше мнение.


21.12.2007
ALF
93
да..неожиданный конец.ну че? намана получилось,не переживай:)
19
интересно... нестандартно.. но много пафоса вначале..
213
классно! мне наравится! Похоже на Панова - Все оттенки черного
3033
Народ! А я этого писаку знаю в реал-тайме! Написал А-Лех-А клево. Даю пять, десять ну и все такое. Молодца. Ждем новых написаний!

добавлено через 2 минуты
Слухай А-лех-А, А ведь аватар с моей книги ты мудро выкачал! Надо будет с тебя че-то взять... Вот только пока не знаю че...
2672
Время забирает все.
Так было. Так есть. Так будет.
Я знаю это - ибо я и есть время.
Моя жизнь - сплетение других жизней.
Девочка-девушка-женщина - стадии смерти за одну ночь*, как когда-то пел один из братьев Самойловых.
Я видел это. Я знаю это. Я и есть Это. Я - Хронос.
Сколько я знал их. Скольких любил. Сколькие любили меня.
Десятки. Сотни. Тысячи.
Лет.
Я помню ласковые плавные линии плечей. Я помню тонкие бархатные талии. Я помню синусоиды бедер и сладость лодыжек.
Я помню. И жалею.
Время помнит все.
Я помнил это. Я помню это. Я никогда не забуду этого.
Я - Хронос.
Я встречал их плачущих. Младенцев. Я радовался вместе с матерями.
А через сотню лет помогал их нести прочь из этого мира.
Они уходили. Сморщеные и маленькие как и приходили. Это круговорот.
Я радовался. Я печалился. Я рыдал и стонал. Я пил, в надежде забыть.
Но нет. Время не забывает ничего.
Я любил. Но я не имею права на это. Я - Хронос. Я - Вечен.
И это страшно.
Поэтому мне нельзя увлекаться.
Я помню.
Мы были вдвоем. Я и она. Она была так молода - неполные шестнадцать. А я... А я всегда выгляжу на семнадцать лет. Все сто семнадцать прожитых столетий.
Она убежала от родных. На ночь. На одну ночь. На переломную ночь.
Дом. Заброшеный дом. Вдалеке от сел, вдали от городов.
Лошадь. Лошадь без седла. Пышное платье. Сеновал. Шепот ночного ветра.
Мой плащ. Ее платье. И ничего более. И ничего менее.
Жар. Огонь страсти. Свежесть. Сладость. Соль.
Это древняя соль она все простит** - прокричит четыре века спустя в микрофон Бутусов.
Боль. Первая боль. Она всегда первая и всегда самая приятная.
Наслаждение.
Желание жить. Мое желание жить. Пагубное, смертельное желание.
Три стадии. Девочка - девушка - женщина. И дальше. До предела.
Миг. Один миг для меня - восемь десятков лет для остальных.
Развалины. Конский скелет. Гнилая солома. Смерть.
Она. Она не выдержала. Никто бы не выдержал.
Время забирает все.
Время помнит все.
Время запрещает все.
Время - это я.
Время - это Я.
Я не имею права любить. Не имею. Нет.
Я - Хронос...

Я - Хронос.
Но я люблю.
Она идет рядом. Ей двадцать пять. Она умна и красива. Каштановые волосы. Голубые глаза. Острые скулы.
Она зовет домой. К себе. Я должен отказаться. Должен. Обязан.
Но не могу.
Сухое вино. Хрустальный звон бокалов. Затемненые лампы. Поцелуи. Зовущие.
Жар.
Индиго соскальзывающего вечернего платья. Горький запах лаванды. Обьятия. Кличущие. Кричащие обьятия.
И сладость.
Разум взрываеться. Отказывает. Уходит в сторону.
Гладкие руки. Шероховатый язык. Губы.
Соль. Вечная соль.
Добро пожаловать за край последних скучных дней.
Я научу тебя играть с фантазией моей.***
Чужой шепот. Запрет.
Добро пожаловать за край последней западни.
Я научусь с тобой играть, лишь руку протяни.***
Чья-то песня. Чьи-то слова. Чей-то голос. Кто я? Где я?
Я растворяюсь в наслаждении.
Кайф.
Каайф.
Стон.
Крик.
Ее лицо. Оно меняеться. Вновь.
Время ничего не забывает.
Тонкая линия разрезает лоб. Две морщинки. Три.
Время забирает все.
Нет. Я клялся что этого больше не повториться.
Время забирает все.
Я не хочу. Я пытаюсь вырваться...
Время забирает все.
... из паутины кошмара. И понимаю...
Время забирает все.
... что она умрет. Состариться в одно многвение...
Забирает все.
... что я ничем не смогу ей помочь...
Все. Все! ВСЕ!
... кроме одного.
И я всем телом прильнул к ней. Я поменялся с ней местами. Я растворился в чужом кайфе.
Я отдал больше чем часть себя.
Я отдал все.
И не был отвергнут.
Время не умеет делать подарков. Но не значит что не может.
Она молодеет на глазах. Она кричит - но это крик счастья.
Время может отдать.
Я чуствую пустоту внутри себя и осознаю.
Весь ужас.
Я хочу ей помочь но не смогу.
Никогда.
Что-то кончаеться, что-то начинаеться.****
Мое время вышло. Ее началось.
- Прости меня, если сможеш - говорят мои губы, хоть я вовек не хотел бы говорить этого - Извини меня за все.
Но теперь ты - Время.

__________________________________________________

*-гр. Агата Кристи "Пулемет Максим"
**-гр. Наутилус Помпилиус "Ворота, откуда я вышел"
***-гр. Кукрыниксы "Кайф"
****-п. Анжей Сапковский "Ведьмак"


08.01.2008
ALF
1652
Оболденно пишешь!!! Мне очень понравилось!
2672
Рыжык, Спасибо!
Magnador, Когда решиш как меня ободрать - я готов выслушать...
2719
Очень люблю такие вещи. Загадочные, неожиданные, уводящие в вечность. Ты умеешь творить!
Одно пожелание: побольше светлого - грустинка долго держит сердце.
Missing
A-lex-A,господи...Какая прелесть!Вау!!!У меня просто слов нет...Вобще...Супер!!!Первое-неожиданно,второе-слов нет...
2672
Мотор заглох, когда до цели оставалось менее двух километров. Я оглянулся и посмотрел на Тебя. Ты лежала на заднем сидении с закрытыми глазами.
– Извини, – сказал я, – Мне придется тебя понести. Я понимаю, что будет больно, но надеюсь, ты выдержишь.
Я вышел из автомобиля и открыл заднюю дверь. Потом осторожно взял Тебя на руки. Ты была совсем легкой, как будто половина твоего веса просто испарилась.

Еще полгода назад, ты была как все. Еще месяц назад ты выглядела нормально, хотя было видно, что болезнь Эриа тебя все-таки достала.
Болезнь обнаружили 9 лет назад. Почему ее назвали Эриа, я не знаю, Ты мне когда-то объясняла, но мне не хватило образования, чтобы понять хоть половину. Это было связано с солнцем, закрытым смогом. Вначале смог закрывал только города, и люди часто выезжали за пределы городов на отдых. Но это прошло, когда и такие пятна потихоньку затянулись. Смог был везде на суше, и лучи солнца больше не согревали землю, и не радовали глаза. Море тоже недолго оставалось чистым.
Эриа появилась внезапно. Через 3-4 года после полного исчезновения солнца обнаружились первые случаи. Она убивала быстро. Сперва человек становился бледным. Через пару месяцев человек переставал употреблять синтетическую пищу. На последней стадии (5-6 месяца после заражения) люди уже не могли есть гидропонику и начинали высыхать. Начинались обмороки. В последние дни внезапно начинала идти кровь изо рта или носа, и вскорости человек умирал.

Я помню как все началось. 4 месяца… всего 4 месяца назад Ты стала бледнеть. С каждым днем ты все больше становилась похожей на призрака. Но Ты не говорила мне… пока не стало поздно. Ты продолжала радоваться жизни, такой короткой жизни. Только два дня назад Ты мне все объяснила… Я плакал, а ты меня утешала, хоть это было неправильно, все должно было быть наоборот. А потом… А потом ты попросила меня, найти тебе солнце, просто посмотреть…

Я помню, как нашел Тебя на следующий день. Ты лежала возле кровати, на ковре, который был полностью залит кровью. В тот же день я, раскрыв свой ноутбук пытался найти одно из запретных мест. Я быстро нашел одно. В нашей стране в северной части, рядом с городом, бывшим столицей в позапрошлом веке. Там тогда что-то произошло, связанное с атомной электростанцией. Кажется, взорвались сразу 3 блока станции. Радиация была настолько сильной, что их не смогли даже закрыть бетонным куполом.
Мы вместе вышли из дома и сели в машину. Сейчас даже не вериться, что это было вчера. Ты едва стояла на ногах, а сейчас, наверное, и не сможешь.

Мы проехали Кийэв час назад. Ты тогда еще смотрела в окно на разрушенный город. Взгляд твоих глаз как будто говорил до свидания всему.

Я держал Тебя на руках и шел вперед. Голова лежала на плече, и твои волосы спадали мне на руку. Твои волосы…

Я помню, как мы стояли на крыше дома, ветер, пахнущий паленой резиной и еще чем-то непонятным, трепал твои волосы… Твои волосы, пахнущие цветами, названия которых давно канули в лету. Твои длинные, ровные, почти до пояса волосы, трепещущие под порывами весеннего ветра. Черные волосы, белое лицо и белый топик, по которым они бежали волнами. Бежали волнами, отрывались и летели навстречу ветру…который приглаживал их обратно. А потом они взлетали за головой и щекотали мое лицо…

Я споткнулся. Дорога, ведущая в запретную зону, разваливалась прямо под ногами. Не удивительно, так как уже более 200 лет ей просто никто не пользовался. Город оставленный нами позади также больше был похож на город призраков. Разрушенные, нежилые дома, и существа не похожие ни на кого из книг по биологии, скользящие тени между домами.
Я попытался идти быстрее. Ты застонала и открыла глаза. В них была боль, боль физическая, но от этого не менее страшная. Ты бы никогда не призналась, но в твоих глазах читалось просьба идти осторожней.

Твои глаза были как открытая книга. Только никогда в мире я не видел книги ярко синего цвета. Глубже морей и выше небес. Синева, заполняющая абсолютно все вокруг, синева всасывающая и притягивающая. Но не холодная, а приятная. И понятная. Я смотрел в твои глаза, и читал в них то, что ты никогда не говорила вслух.
– Я надеюсь, ты не будешь жалеть, – сказал я тогда, обнимая тебя.

Я сошел с дороги. Скорее всего она шла в объезд, а нам был дорог каждый метр. Я бы не сбился с дороги – счетчик Гейгера, закрепленный на запястье, был вместо компаса.
Я пытался обходить все препятствия – как небольшие ямки, так и повалены деревья, но силы были уже на исходе. Я никогда не занимался тяжелой атлетикой, и теперь страшно жалел об этом.
Я видел, что от каждого моего неверного шага, ты сжимаешь зубы, и губы твои белеют, от сдерживаемой боли.

Тонкие губы, всегда розовые и смеющиеся, сейчас посинели от холода и чуть-чуть подрагивали. Ты схватила полотенце, и быстро начала его применять по назначению, смахивая с тела холодную сентябрьскую воду. Потом мотнула головой, забрызгав меня, и рассмеялась. Беззаботно и звонко. Как всегда.
Потом ты прыгнула на меня и повалила в песок. Придавливая плечи руками, ты раздвинула губы в широкой улыбке, а потом поцеловала. Чуть придвинув рот к уху, ты прошептала:
– Кажется, я знаю хороший способ согреться.
И еще раз улыбнулась, теперь так, чтоб не осталось никаких сомнений.

Я шел медленно. Теперь приходилось обходить и перешагивать остатки заборов. Один раз попалась изгородь в хорошем состоянии. Я прошел метров 30 прежде чем нашел место, через которое можно было пройти. По дороге попался знак, изображающий три черных треугольника в желтом круге. Я начинал понимать, что долго не продержусь, когда услышал твой голос.
– Звезды. Смотри, звезды. Как это все-таки красиво.
Я прошел еще метров 10 до ближайшего дерева, и осторожно посадил тебя, так чтобы ты спиной облокачивалась на ствол. Сам я сел рядом и обнял тебя за плечи.

Ты повернула ко мне голову и произнесла:
– Сними его, он так громко пищит, что мне больно ушам.
Я сорвал Гейгера с руки и закинул его в кусты. Он мне уже не понадобиться – я видел цифры на счетчике, когда снимал его с руки – уровень радиации в 3 раза превышал смертельную норму.
Я обнял тебя и улыбнулся. Я останусь здесь. Навеки.

Небо на востоке светлело…




04.02.2007.
ALF
Missing
Написано супер...Но почему всё так грустно?..
2487
Клас именно такая жизнь! В ней много романтики, боли, грязи, страха, тьмы, света, любви..... но мало соплей:) У тебя талант друг мой:em::em::em:
1652
я в шоке! как можно так классно писать?! у меня аж слезы навернулись!
1703
Красота!! Аффтар давай ещё творения!!
1375
последнее с идейной точки зрения - круто. понравилось
2719
В твоих мыслях не хватает одного - задора
2672
Всем спс
Радомира, Такого типа вещи помоему и не могут быть написаны "задорно" и весело... хотя я могу ошибаться...

Этот расказ написан более грязно чем предыдущие!

Он вышел из тьмы подьезда, перегораживая мне проход. Свет единственного на проулок фонаря остался далеко позади. Его желтизны едва хватало, чтобы придать форму мужскому силуэту.
Высок, даже долговяз. Узкие плечи, впалая грудь... Понятно почему он так себя ведет - наверняка нормально ему даже подойти к девушке боязно - вдруг отошьет.
"А может внутри он не так уж и плох" - мелькнула случайная мысль.
Я почти его пожалела... Но только почти.
В следуещее многвение он зажал мне рот ладонью, и навалился всем телом, прижимая к стене. Ладонь была потной, соленой и мешала дышать.
Второй рукой он пытался залезть под кофту. Мои любимые, овальной формы, синие пуговички, с кусочками ткани, отрываясь падали на грязный асфальт.
Липкая, скользкая рука скользила по моему гладкому животу. Противно. Гадко.
Он провел ей чуть выше и прикоснулся к груди. Сжал. Больно.
У меня на глазах появились слезы. Они бежали по скулам и щекам, скатывались к подбородку.
А он опустил руку вниз... туда...
Он сдернул с меня юбочку вместе с бельем, и тяжело дыша начал разбираться с своими брюками.
Мне стало страшно. Я не хотела этого. Не хотела.
Но придеться.
Я дернулась, когда он начал грязное дело. Больно. Как больно. И душой, и телом.
Я не хотела этого. Не хотела. Но придеться. Если я хочу жить.
Я отвела его руку от своего лица. Он не сопротивялся - он был полностью поглощен другой частью тела.
Я резко развернулась, прижав его к стене. Наклонила голову к уху и прошептала:
- Ты хотел использовать меня. Но я использую тебя.
Я начала двигаться в такт. Положила руки ему на плечи.
Мне было почти его жалко. Но только почти.
Он не видел как ногти вытянулись на несколько сантиметров, как в них появились каналы, похожие на капиляры, но таковыми не являющиеся.
Я быстро вонзила ногти ему в плечи. Он удивленно глянул на меня, и попытался что-то сделать. Убежать, или хотя-бы просто вырваться. Но не мог. Я держала его. И духовно, и физически. А еще я продолжала двигаться, даря ему наслаждение. Последнее наслаждение.
Из его крови, бегущей все быстрее, тонкие ниточки выбирали адреналин, и перекачивали его в мое тело.
По его телу пробежала дрожь - он закончил. Мошнейший выброс адреналина в кровь.
Я улыбнулась. Его кровь, благодаря мне, циркулировала с скоростью вдвое превышающей нормальную. Он уже ничего не осознавал.
Я еще могла бы прекратить это. Но не зачем.
Ведь мне его было только почти жалко.
Я выбрала витамин бешенства полностью. До капли. А когда он закончился, вынула когти.
Фонтан ускоренной крови взметнулся на два метра вверх.
Я улыбнулась.
Это ощущение... легкости страха и силы редко кому, кроме людей, доступно ощутить в полной мере.
Хочеш почуствовать себя человеком - возьми часть человека.
Я улыбнулась, поправила вещи и прическу.
Завтра его найдут, и допишут еще к десяти таким же случаям.
Завтра...
А сегодня я буду радоваться...
Missing
A-lex-A,я с каждым разом читая твои рассказики куею в геометрической прогрессии:)))Пишешь так,что аж до костей пробирает!!!!!Жесткие вещи,но классные:)Пиши ещё!!!!!
2097
Классно!
1813
Супер. Я просто в шоке.